Сегодня мне исполняется сорок лет, и вместо того, чтобы размышлять о том, как справиться с тяготами грядущего кризиса среднего возраста, я вынужден решать, закончилось ли мое время на бренной Земле или нет. Можно было бы назвать это семейным проклятием: на моем генеалогическом древе, куда не посмотри, мужские жизни обрываются в сорок лет. Говорят даже, что каждый из них умер точно в день своего...








