Знаю, как это прозвучит. Я переписывала этот текст раза четыре, трижды удаляла и каждый раз возвращалась к одному и тому же. Так что держите как есть. Мне не нужно сочувствие, и я умоляю: не пишите в комментариях «а ты пробовала им позвонить?». Да, черт возьми, пробовала. Я звонила столько раз, что музыка ожидания теперь снится мне по ночам. Я пишу сюда, потому что упускаю какую-то деталь. Надеюсь, здесь найдется человек, умеющий замечать мелочи. Потому что я, очевидно, не умею.
Итак. Вот вся история от начала до текущего момента.
Все началось с мухи. Обычная муха примостилась на ободке стакана, который я только что наполнила из кухонного крана. Вода была еще настолько холодной, что стекло запотело. Мерзость просто сидела на краю, потирая передние лапки, ровно в том месте, куда я собиралась прижаться губами.
Я помню это с абсолютной, пугающей четкостью – отчетливее, чем свой позавчерашний ужин. Воду я вылила. Стакан вымыла. Взяла другой. Если на посуде посидел такой «гость», как вообще можно ей доверять?
Пока наполнялся второй стакан, у крана вовсю суетились уже две мухи. И вот деталь, которая должна была насторожить меня еще тогда, будь у меня в тот день хоть одна рабочая клетка мозга: они не вели себя как обычные паникующие насекомые. Не взлетали и не исчезали, стоило поднести руку. Им было комфортно. Одна из них упорно заныривала под носик крана и выбиралась обратно. Снова и снова. С целеустремленностью параноика, проверяющего дверной глазок, прежде чем впустить тебя внутрь.
От мысли, что придется пить эту воду, желудок скрутило узлом.
В тот же день я оставила заявку на портале техподдержки. Обычное дело, часть общественного договора: ты платишь за аренду, а они приходят и чинят то, что сломалось.
Категория: Дезинсекция. Проблема: Мухи на кухне.
Описание: В квартире мухи. Не могу найти источник.
Заявке присвоили номер. Но в тот день никто не пришел.
Аппетит пропал почти сразу, и я списала это на насекомых. Накануне я заказала большую вегетарианскую пиццу с оливками. Терпеть не могу оливки, но убрать их из заказа стоило на доллар дороже, чем оставить – не будем об этом, форменный грабеж потребителей. Так вот, мухи облепили коробку с таким видом, будто отжали ее по праву частной собственности. Кому захочется ужинать перед такой аудиторией?
Затем все вокруг начало странно пахнуть. Не то чтобы тухлятиной, скорее – удушливо, резко. Рис в рисоварке разил кислятиной на всю кухню. Кофе пах гарью еще до того, как вода касалась зерен. Если вы хоть раз варили кофе, то знаете: так быть не должно. Из открытого холодильника в лицо ударил густой, приторно-сладкий шлейф, словно от цветов, которые неделю гнили в вазе. В полном омерзении я выгребла оттуда все подчистую. Даже разбираться не стала: пакет, пакет, мусорное ведро.
На второе утро мух стало больше, и они перестали скромничать. Ряды насекомых выстроились вдоль столешницы – ровно и чинно, точно прихожане на церковной скамье. Небольшая группа облепила ручку микроволновки, устраивая там натуральное совещание. Три штуки я нашла внутри кружки, которую лично вымыла, высушила и убрала в шкаф. А когда я проверяла портал ЖК, одна тварь не спеша прошагала прямо по экрану телефона. Я разглядывала ее на полсекунды дольше, чем следовало, прежде чем смахнуть. Что-то в ее движениях вызывало дикое нежелание прикасаться.
Статус моей заявки обновился.
Статус: Ожидание доступа. Специалист не смог войти.
В смысле? Да я из дома не выходила. Вообще. Никто не стучал. Я бы услышала – стены в этом доме сделаны из картона, покрытого краской. Я через них слышу телевизор соседки и то, как скрипит ее стул, когда она встает посреди ночи в туалет. Стук в мою дверь не прошел бы мимо меня ни при каких обстоятельствах. Исключено.
Я накатала гневный ответ в портале:
«Я дома. Стучите громче».
После чего устроилась на диване в ожидании мастера. Видимо, я провалилась в сон, потому что очнулась, когда свет в комнате стал грязно-серым, а по внутренней стороне моего запястья ползла муха. Прямо по синей вене, останавливаясь каждые пару шагов, чтобы почистить передние лапки.
Я дернула рукой, смахивая ее.
Она вернулась. Точно на то же место.
В среду вонь перестала быть проблемой кухни и захватила всю квартиру.
Я перерыла каждый угол. За диваном. Вывернула все шкафы, заглянула под раковину, в щель за унитазом, обшарила полку в кладовке, где храню пакет с пакетами. Нашла залежи пыли. Сережку, с потерей которой смирилась еще пару месяцев назад. Одинокую макаронину – окаменевшую, неизвестного происхождения, возможно, старше моего договора аренды.
Никаких трупов. Я искала на совесть – ни дохлой мыши за плитой, ни птицы, застрявшей в вентиляции. У запаха не было точного адреса. Никакого источника. Просто незримое присутствие, которое разрасталось с каждым часом.
Мухи всюду следовали за мной. Не все, конечно. Большая часть оставалась сидеть на местах, но у меня появилось стойкое ощущение, будто меня конвоируют.
Я отправила вторую заявку. Пометила как «Срочно» – ситуация обязывала.
Категория: Срочный ремонт.
Проблема: Возможное присутствие дохлого животного в помещении.
Описание: Резкий запах, наплыв мух. Пожалуйста, пришлите кого-нибудь сегодня.
Портал выплюнул ошибку:
«Обнаружена дублирующая заявка».
Я набрала линию экстренной связи. Шесть гудков, затем автоответчик – безучастный и гладкий, словно голос оператора, который сворачивает смену ровно в 16:59. Позвонила в администрацию – снова запись: «Ваш звонок очень важен для нас, вам ответят в порядке очереди». За день я набрала их еще раза четыре.
Вечером я постучала к соседке. Я точно слышала, что она там! Сначала она волокла что-то тяжелое. А потом – гробовая тишина. Намертво затихла. Я постучала снова. Готова поклясться, она изо всех сил старалась не издавать ни звука.
Когда я вернулась к своей двери, на портале высветилась свежая строчка:
«Жилец отсутствует. Специалист не смог завершить обслуживание».
Я перечитала это раз десять, тщетно пытаясь найти хоть какую-то логику. Перепутали квартиру? Невнимательный мастер, открытая дверь тремя номерами дальше? Или какой-то тип с планшетом, который явно ненавидит свою работу, один раз тихонько звякнул в дверь и посчитал это за окончательный отказ?
Я оставила новую приписку:
«Я внутри квартиры. Никуда не уходила. Пожалуйста, вернитесь».
Ночью, пока я дремала на диване, мне на лицо что-то село. Перебирание лапок у верхней губы, легкое прикосновение в уголке глаза, щекоток по шее. Я подскочила, остервенело отмахиваясь от пустоты.
В зеркале ванной мое лицо выглядело так, словно я пережила худшую неделю в своей жизни. На скуле красовался синяк, о происхождении которого я не имела ни малейшего понятия. Из какого-то нездорового любопытства я надавила на него – знаете, как тянет ковырнуть болячку, хоть и понимаешь, что не надо. Но привычной боли не последовало. Вообще ничего не почувствовала. Наверное, дело в освещении. В ванной с самого дня заселения отвратный свет. Плохой свет многое объясняет.
Вот только то, что случилось дальше, он объяснить не мог.
За правой ноздрей что-то зашевелилось.
Я застыла над раковиной, тупо выжидая, пока это прекратится. Так посреди ночи пережидают судорогу – стиснув зубы и молясь в пустоту. Но шевеление усилилось, и наружу выбралась муха. Блеклая, полупрозрачная тварь. Она лениво проползла по моей верхней губе, прежде чем я смахнула ее в раковину. Там она и осталась сидеть – мелко дрожа, со сложенными прозрачными крыльями.
Руки ходили ходуном, так что новую заявку я набрала только с третьей попытки.
Категория: Чрезвычайная ситуация.
Проблема: Угроза здоровью.
Описание: Пожалуйста, пришлите кого-нибудь. Мне кажется, в квартире что-то не так.
Страница портала зависла почти на минуту, а затем выдала:
«Заявка закрыта. Жилец отсутствует».
Я тут же напечатала ответ: «Я дома. Я здесь».
«Заявка закрыта. Жилец отсутствует».
«Я в квартире!»
«Заявка закрыта. Жилец отсутствует».
«Я здесь живу!»
Ничего. Мне показалось, я окончательно сломала этот чертов портал. Но тут страница обновилась сама собой, без моего участия, и появилась строчка, которую я теперь могу повторить спросонья:
«Статус проживания: ожидает подтверждения».
Той же ночью я заглянула в сообщения – впервые за, как мне казалось, день или полтора максимум. Девятнадцать пропущенных. Четыре от мамы, последнее – просто мое имя и три вопросительных знака, что как-то даже хуже любых слов. Одно от арендодателя, короткое: «Пожалуйста, перезвоните, нам нужно кое-что уточнить». Сослуживец интересовался, все ли в порядке – я, оказывается, умудрилась прогулять два полных рабочих дня.
Я попыталась набрать маму. Телефон звонил и звонил, даже не думая переключаться на голосовую почту – я и не знала, что такое бывает. А потом вызов просто оборвался.
Я набрала ответы им всем: «Все в порядке, извините, телефон глючит». Я отчетливо помню, как двигались мои пальцы, помню легкий стук по виртуальным клавишам. Но когда я зашла проверить, ушли ли сообщения, все чаты под каждым из имен оказались девственно чистыми. Не «не доставлено». Просто пусто – словно я вообще никогда не открывала эти диалоги со своей стороны.
Мухи к тому времени окончательно обосновались на стене над диваном, сбившись в живое, копошащееся пятно, которое никак не могло принять четкую форму. Признаюсь, какая-то глупая, наивная часть меня все ждала, что они выстроятся в какое-нибудь слово. Хотя бы «REDRUM». Тогда у меня появились бы хоть какие-то инструкции. Но нет. Они просто сидели там крылатой кляксой, и это пугало сильнее, чем если бы они оставили мне записку.
Сегодня внизу, в коридоре, раздались голоса. Тяжелые шаги. Треск рации – статика, обрывок фразы, снова статика. Кто-то назвал номер квартиры. Мне потребовалось на долю секунды больше времени, чем следовало, чтобы осознать: это мой номер.
Я вскочила слишком резко и едва удержалась, ухватившись за стену. Комната поплыла, затем медленно выровнялась – словно вода, атаковавшая уровень. Вонь стояла несусветная, сладкая и густая. Вообще-то я перестала замечать ее еще пару дней назад. О масштабах бедствия можно было судить лишь по тому, как дрожал воздух – так в августовский зной колышется марево над раскаленным асфальтом.
Голоса стихли прямо у моей двери.
Раздался тяжелый мужской стук:
– Полиция! С нами представитель администрации. Мы входим.
Я попыталась ответить. Честно попыталась. Разинула рот, чтобы выкрикнуть: «Я здесь! Я никуда не уходила, у меня записаны все номера заявок, каждая моя пометка, я сделала все, как положено!». Но наружу вырвалось совсем другое. Даже близко не слова. В горле раздался сухой, костяной щелчок – и в ту же секунду все мухи в квартире разом сорвались со стены, раковины и диванных подушек.
Дверь в спальню оказалась заперта. Я не помню, как закрывала ее. Если начистоту, я туда давно не заглядывала, все время торчала на диване. Только не спрашивайте, с какого дня – искренне не знаю, стерлось из памяти. Из-под двери спальни густым, непрерывным потоком перли мухи.
Они живым ковром протискивались сквозь узкую щель.
Позади меня с грохотом распахнулась входная дверь. Кто-то из вошедших издал звук – так шарахаются, получив под дых.
Дверь в спальню со скрипом поддалась – сама по себе или кто-то толкнул ее изнутри, убейте, не скажу. На полу возле кровати лежало нечто, на что я уставилась и смотрю уже целую вечность.
Один из копов глухо произнес:
– Сколько она уже здесь лежит?
И я никак не могу взять в толк, какого черта он выспрашивает про эту кучу на полу, вместо того чтобы обратиться ко мне? Я же стою прямо перед ним. Все эти шесть дней я была здесь, на одном месте.
Я снова открыла рот, чтобы наконец-то, до последнего слова выложить им всю правду: про заявки, даты, каждую чертову отписку, про весь этот издевательский лог техподдержки. Но вместо слов из меня лавиной хлынули мухи.
Не понимаю, почему никто не смотрит на меня, когда я говорю. Почему со мной никто не разговаривает?
~
Телеграм-канал чтобы не пропустить новости проекта
Хотите больше переводов? Тогда вам сюда =)
Перевела Юлия Березина специально для Midnight Penguin.
Использование материала в любых целях допускается только с выраженного согласия команды Midnight Penguin. Ссылка на источник и кредитсы обязательны.
